Москва Наш район Фотогалерея Храм св. Анастасии

Автор   Гостевая   Пишите
Google

WWW
TeStan

Карты Москвы

Книги о Москве

Статьи о Москве

Музеи Москвы

Ресурсы о Москве

Главная>>Москва>>Книги о Москве>>Мое открытие Москвы

Евгений Осетров. Мое открытие Москвы

"ОТПЕЧАТОК ДРУГОГО ВЕКА"

Сии птенцы гнезда Петрова.
Пушкин

В пудреном парике, камзоле, ботфортах и с подзорной трубой в руке, он медленно и важно поднимался на башню. С земли украдкой, прячась за углами, ревностно следили за ним, ожидая с минуты на минуту самого невероятного - кто знает, что будет после того, как этот чернокнижник и звездочет наведет волшебные стекла на месяц? Про него поговаривали, что в Глинках, подмосковном имении, он вздумал летом кататься на коньках и - что бы вы думали? - волхвованием и волшебством заморозил пруд. Выдумали или правду сказывают - кто знает? В доме у звездочета полно всякой всячины: звездных карт, глобусов, костей допотопных чудищ, труб, камней, деревянных и костяных идолов, жаровен, магнитов и книг, прочесть которые даже грамотеи не берутся...

Не поздоровилось бы чернокнижнику, вздумавшему ночами подниматься на Сухареву башню, если бы не ведала Москва о том, что генерал-фельдмаршал Яков Брюс - герой Полтавы, командовавший в знаменитом сражении русской артиллерией, и неизменный спутник и собеседник Петра в походах и поездках... Облик "русского Фауста" так прочно запомнился, что в минувшем веке была написана и показывалась с успехом простонародная пьеса под названием "Колдун с Сухаревой башни". Со многими событиями и лицами было связано трехъярусное сооружение на Садовом кольце. Яков Брюс - своеобразная, но далеко не единственная фигура, всплывающая в памяти при упоминании знаменитой постройки.

Почему башня прозывалась Сухаревой?

Один из драматичнейших случаев петровской поры - стрелецкий бунт. Когда Петру грозила погибель, верным ему остался полк Лаврентия Сухарева, предупредившего царя о смертельной опасности. Петр спасся! И разумеется, такие услуги не забываются,- там, где стояли стрельцы Лаврентия Сухарева, была возведена башня-памятник. Об истории ее напоминали москвичам каменные доски, установленные на южной стороне: "...а начато то строение строить в лето 7299... в то время будущего у того полку стольника Лаврентья Панкратьева сына Сухарева".

Молодой Петр любил это строение - необычное для тогдашней Москвы. Перед глазами вставали фигуры гонцов, присланных ночью Сухаревым,- разбуженный в постели Петр неодетым ускакал в лес, а потом, когда принесли одежду, направился в лавру, под надежную защиту каменных стен.

Одновременно Сухарева башня - материализация мечтаний Петра о море. В башне он поместил учрежденное им Адмиралтейство, ставшее колыбелью русского флота. Сюда сходились те, с кем сначала юный Петр плавал в ботиках на Измайловских прудах, а потом строил суда на Плещеевом озере; из наиболее смышленых подростков разных званий была сформирована навигацкая, то есть мореходная, школа. Будущие участники плаваний и морских сражений проходили здесь основы вождения судов. В петровской мореходке преподавал математику Леонтий Магницкий, автор учебника по арифметике, напечатанного гражданским шрифтом, книги, ставшей "вратами учености" для Ломоносова. В пору, когда начиналось иностранное засилие в науке, Леонтий Магницкий сложил стихотворный опус, явившийся своеобразным вступлением к его "Арифметике": "зане разум собрал и чин, природный русский, не немчин". Кроме арифметики, преподавал он питомцам Сухаревой башни геометрию и тригонометрию, посвятив этому делу всю жизнь. Работая над книгой "Арифметика", сиречь наука числительная...", Магницкий использовал старые русские рукописи, посвященные математике. Книге была суждена завидная судьба - полвека она являлась незаменимым учебным пособием для всей страны. Можно понять Леонтия Филипповича, когда он в стихах бурно протестовал против того, что ему платили жалованье меньше, чем коллегам-иностранцам.

Сухарева башня - памятник Леонтию Магницкому и его "Арифметике". В Сухаревском училище были составлены первые морские карты - отсюда ведет начало отечественная морская картография.

В зале башни стоял глобус, перевезенный из Кремля. Подаренный Алексею Михайловичу гостями из Голландии глобус (в старину его именовали "глебус") пришелся по сердцу Петру, любившему все, что было связано с морскими путешествиями. В те поры глобус был редкостью. Часто вычерчивали карты и, как тогда говорили, "складывали в глобус". Находясь в Париже, Петр вспомнил сухаревский глобус и купил новый - теперь уже для Петергофа,- с более точным шарообразным изображением Земли.

Неясное историческое предание говорит о том, что в фехтовальном зале (было и такое помещение в башне) проходили заседания Нептунова общества. На заседаниях произносил блистательные речи Феофан Прокопович, сподвижник Петра, сторонник его преобразований, поэт и деятель, впоследствии автор "Слова похвального о флоте российском", в котором он, образованнейший человек своего времени, обосновал необходимость великому государству иметь сильный флот. Когда Феофан произносил речь, все видели - недаром он много ездил по свету! Был феофан "витийством Златоуст, муз чистых собеседник". Постоянно появлялся в зале Федор Апраксин, будущий предводитель галерной эскадры в Гангутском сражении, первый президент Адмиралтейств-коллегий. Современники знали Федора Апраксина как исполнителя воли Петра. Но в историю он вошел многими военными деяниями: командовал корпусом, взявшим Выборг, командовал Каспийской флотилией и Балтийским флотом. Среди участников Нептунова общества мы видим: Брюса, Голицына, Меншикова, Черкасского - все они позднее имели непосредственное касательство к морской стихии.

Заседания - они имели и военное значение - происходили в глубокой тайне, что и породило толки, слухи и предания. Молва гласила, что разговоры, которые вели меж собой знатные собеседники, тщательно записывались в книгу, которая была потом замурована в стене и заколочена алтынными гвоздями. На самом же деле, надо думать, петровские единомышленники обменивались мнениями о будущем - недаром стаи кораблей закачались на морских просторах!

Аллегорией морских бдений Нептунова общества в Сухаревой башне можно считать маскарадный корабль с медными пушками, расцвеченный слюдяными фонариками; в дни праздников его выносили на улицу, где он передвигался то в санях, то на колесах. Когда праздновали мир со Швецией, на корабле распустили паруса, зажгли огни и возили его по Москве.

Сухарева башня - первоначально она была просто крепостными воротами-караульнеи, а надстроена потом - прочно вошла в московский быт. Юный Лермонтов восторгался видом редкостного сооружения с высоты колокольни Ивана Великого: "На север перед вами, в самом отдалении, на краю синего небосклона, немного правее Петровского замка... возвышается четвероугольная, сизая, фантастическая громада - Сухарева башня, она гордо взирает на окрестности, будто знает, что имя Петра начертано на ее мшистом челе! Ее мрачная физиономия, ее гигантские размеры, ее решительные формы - все хранит отпечаток другого века, отпечаток той грозной власти, которой ничто не могло противиться".

Красно-кирпичное здание с белокаменной резьбою находило - особенно третий ярус - разнообразное использование. Одно время - еще при Петре - иностранные комедианты показывали в ней простым людям различные увеселения. С башней был связан один из первых театральных анекдотов. Рассказывают, что однажды было всенародно объявлено, что в Сухаревой башне актеры покажут "неслыханное и невиданное представление". Явилась уйма зрителей, в том числе - что было неожиданностью - сам Петр. Когда же занавес был распахнут, то все увидели надпись: "Первое апреля", то есть день, когда принято шутить. У комедиантов-обманщиков душа переселилась в пятки - они знали, что Петр скор на расправу. Но все окончилось благополучно. Царь отнесся снисходительно к происшествию и сказал: "Это театральная вольность".

Москва полюбила Сухареву башню, и она стала ее достопримечательностью. Ее называли невестой Ивана Великого и сестрой Меншиковой башни. Рассказывали, что за день до вступления французов в Москву ястреб запутался и повис на шпиле башни - в крыльях медного орла. В этом увидели доброе предзнаменование: так-де, дайте только срок, и с Бонапартом будет. В испытаниях двенадцатого года башня уцелела, хотя кораблик Нептунова общества не сберегли.

Время шло. Когда прокладывали трубы для воды, то помещение башни использовалось как вместилище-бассейн. В залах, где некогда восседало Нептуново общество, плескалась вода, шедшая затем в московские водопроводы-фонтаны, из которых в бочках развозили ее по домам.

Башня так полюбилась, что, когда надобность в хранении воды исчезла, ее отремонтировали и превратили в музей. Вокруг башни шумел сухаревский торг - рынок-базар. Сюда ходили и московские коллекционеры, такие, как Алексей Бахрушин, создатель театрального музея. Здесь можно было по счастливому случаю купить редкую старинную вещь.

В нашу пору, точнее, в начале тридцатых годов башня была снесена. Основанием для сноса послужил повод - мешает-де усилившемуся движению машин. Москвичи мечтают о том, чтобы на Садовом кольце вновь поднялось сооружение, напоминающее и о Петровской эпохе, и о ее питомцах - от Лаврентия Сухарева до Феофана Прокоповича, до Якова Брюса, до Апраксина и Меншикова, о первых шагах, связанных с рождением российского флота. Будет или нет вновь отстроена башня? Об этом часто спорят московские газеты.

* Оглавление *

Смотрите также:


Баннерная сеть "Исторические сайты"

Rambler's Top100
Rambler's Top100


Rating All-Moscow.ru
ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU
 
Design: Русскiй городовой